3-5 мая президент Франции Эмманюэль Макрон находился в Ереване с государственным визитом. В эти дни в армянской столице проходили два весьма важных мероприятия: восьмой саммит Европейского политического сообщества (ЕПС) и первый в истории двусторонний саммит Армения – Евросоюз (ЕС).
Встречи, переговоры, договоры
Макрон прибыл в Ереван 3 мая. Его встречали президент Армении Ваагн Хачатурян, вице-премьер Мгер Григорян, министр образования Жанна Андреасян, мэр Еревана Тигран Авинян и замминистра иностранных дел Вааган Костанян.
4 мая в Ереване открылся восьмой саммит Европейского политического сообщества. 5 мая состоялся первый в истории двусторонний саммит Армения – ЕС. По его итогам стороны приняли совместную декларацию из 44 пунктов и подписали соглашение о партнёрстве по взаимосвязанности, предполагающее интеграцию Армении в транспортные, энергетические и цифровые проекты Евросоюза. ЕС подтвердил инвестиционные обязательства: €270 млн по программе устойчивости и роста до 2027 года и до €2,5 млрд в рамках инфраструктурной инициативы Global Gateway. Армения и агентство Frontex (орган Европейского союза, созданный в 2004 году для управления внешними границами ЕС и Шенгенской зоны) парафировали рабочее соглашение об оперативном сотрудничестве в сфере управления границами.
5 мая также прошли двусторонние армяно-французские переговоры: сначала состоялась личная беседа Никола Пашиняна и Эмманюэля Макрона, затем расширенная встреча делегаций. По итогам лидеры подписали декларацию о стратегическом партнерстве Армении и Франции. Параллельно должностные лица и представители компаний двух стран заключили соглашения о сотрудничестве в сферах искусственного интеллекта, кибербезопасности, полупроводников, исследований в области военных технологий и оборонных систем, поставок военного обмундирования. Были также подписаны соглашения о строительстве Баргушатского тоннеля на юге Армении, о дорожном строительстве, защите культурного наследия, общественном кредитовании и программе доступного жилья.
На совместном ужине лидеры обменялись государственными наградами. Эмманюэль Макрон получил армянский орден Славы. Никол Пашинян и Ваагн Хачатурян были удостоены французского ордена Почетного легиона степени Большого креста.
В сети «завирусилась» и культурная программа визита – в после двусторонних переговоров Эмманюэль Макрон исполнил «La Bohème» Шарля Азнавура под аккомпанемент армянского джазмена Ваагна Айрапетяна, Никол Пашинян аккомпанировал на барабанах. 5 мая в Гюмри прошел концерт «Армения–Франция».
Риторика Эмманюэля Макрона
Публичные выступления Эмманюэля Макрона в Ереване выстраивались вокруг двух взаимосвязанных задач: закрепить образ Франции как главного европейского покровителя Армении и одновременно продемонстрировать практическое содержание концепции стратегической автономии Европы. Внешне это подавалось через привычные для Макрона тезисы о необходимости снижения зависимости ЕС от США, Китая и России, но армянский кейс позволил ему показать, как такая автономия может выглядеть «на земле» — в чувствительном регионе, где ослабление позиций традиционных игроков открывает окно возможностей для других акторов.
Если анализировать второй тезис, то здесь Эмманюэль Макрон заявил, что Армения «больше не нуждается в покровительстве России». При этом французский лидер явно стремится воспользоваться моментом и перехватить инициативу не только у Москвы, но и у своих европейских коллег и стать для Еревана главным союзником из ЕС. Напомним, что Урсула фон дер Ляйен на саммите ЕПС назвала Армению «связующим звеном между Европой, Южным Кавказом, Каспием и Центральной Азией», обозначив тем самым функциональную логику европейского интереса к республике. И Париж, судя по всему, хочет получить ключевые позиции в обеспечении евроинтересов в отношении этого самого «связующего звена».
Таким образом Макрон предлагает Францию в качестве основной опоры в рамках ЕС — в противовес как Москве, так и другим центрам влияния внутри самого Евросоюза.
Для этого у Парижа есть весь необходимый инструментарий – экономический, гуманитарный и силовой (Никол Пашинян пообещал продемонстрировать французскую военную технику на параде 28 мая в честь Дня Республики). В самой Франции, к тому же, живет третья по численности армянская диаспора в мире (после России и США).
Чтобы подчеркнуть важность сотрудничества Парижа с Ереваном, Эмманюэль Макрон затронул и тему армяно-азербайджанского урегулирования. На совместном ужине Эмманюэль Макрон апеллировал к своей роли в пражских переговорах 2022 года, назвав решение Никола Пашиняна признать территориальную целостность Азербайджана «большой смелостью» и охарактеризовав собственное участие в тех событиях как «крепкую руку».
Важно, что все эти заявления адресованы не только внешним партнерам, но и внутренней французской аудитории. Для Макрона демонстрация «крепкой руки» в Праге и жесткой позиции в Ереване — способ показать, что Франция остается самостоятельным центром силы, способным действовать в обход как Вашингтона, так и Москвы. В этом смысле армянское направление становится удобной витриной: здесь Париж может попытаться (на сколько это возможно) одновременно конкурировать с США в сфере высоких технологий и мирного атома, оспаривать российское присутствие в области безопасности и укрепить собственный статус «главного адвоката и защитника» Армении в Европе.
Состав делегации Эмманюэля Макрона
В официальную французскую делегацию вошли лица, которым армянские власти фактически закрыли въезд в страну. В частности, член бюро АРФ «Дашнакцутюн» и сопредседатель Координационного совета армянских организаций Франции Мурад Папазян был объявлен персоной нон грата в Армении после обвинений в организации нападения на кортеж Никола Пашиняна в Париже в 2021 году.
Другой сопредседатель того же Координационного совета, Ара Торанян, участвовал незадолго до визита в конференции армянской диаспоры во Франции, на которой открыто критиковался курс ереванских властей и защищалась Армянская церковь. Примечательно, что за неделю до визита эти люди не были приглашены даже на открытие нового армянского посольства в Париже, что вызвало в диаспорной среде особое возмущение.
Включение Папазяна и Тораняна в делегацию можно трактовать как демонстративное напоминание Пашиняну, что Париж опирается не только на действующее правительство, но и на диаспоральные сети, способные влиять на внутреннюю армянскую повестку. Такая тактика не нова для Парижа: структуры диаспоры давно встроены и во внутреннюю, и во внешнюю политику Франции. Тем самым Франция не только укрепляет свое присутствие в Армении, но и демонстрирует готовность работать с теми акторами, которые могут обеспечить долгосрочное сохранение французского влияния вне зависимости от смены правящих команд.
Структурные ограничения
При всей насыщенности подписанных документов ни один из них не содержит гарантий безопасности. Декларация о стратегическом партнерстве фиксируют намерения и рамки сотрудничества, но не создают механизмов коллективной обороны или обязательств по конкретным военным шагам. Франция и ЕС предлагают Еревану расширение доступа к транспортным, энергетическим и цифровым сетям, а также инструменты политического и экономического сопровождения, однако эти инициативы остаются в плоскости «мягких» гарантий устойчивости и развития.
Франция не располагает ресурсами для замещения России в энергетике, логистике или военном прикрытии Армении даже в среднесрочной перспективе. Соглашения в военно-технической сфере — о полупроводниках, кибербезопасности и оборонных системах — будут реализовываться в пределах, которые определяются в том числе позицией Баку, с которым у Парижа сохраняются традиционно натянутые отношения. Неосторожность в этом направлении может вызвать новый виток напряжения.
Кроме того, французский сектор ИИ и полупроводников, а также атомной энергетики, в свою очередь, вступает в прямую конкуренцию с американскими интересами в регионе — стоит вспомнить февральский визит в Ереван вице-президента США Джей Ди Вэнса и подписанные документы о сотрудничестве в сфере мирного атома (подробнее – в статье эксперта ИКЦ «Аксон» Юлии Котовой «Южнокавказский гамбит: о визите Джей Ди Вэнса в Армению и Азербайджан»).
Армения географически остается зажатой между Ираном, Турцией, Азербайджаном и Грузией. Ключевыми с экономической точки зрения остается членство в ЕАЭС и сотрудничество с Россией во всех важнейших секторах. Даже при максимальной реализации французско-европейских инициатив стратегическое положение республики будет, в первую очередь, определяться географией и структурной конфигурацией региональной власти, а не количеством подписанных деклараций.
Вывод
Для Франции визит Эмманюэля Макрона в Ереван решал одновременно несколько задач, выходящих далеко за рамки двустороннего армяно-французского трека. Париж последовательно позиционирует себя как ведущую европейскую державу на Южном Кавказе — в противовес традиционным партнерам Еревана и даже США, чье присутствие здесь носит менее институционализированный характер. Армения в этой логике выполняет функцию опорной точки французского влияния: через нее Париж получает рычаги воздействия на региональную архитектуру безопасности, транспортные коридоры и энергетические маршруты, ведущие к Каспию и в Центральную Азию.
Подписанные соглашения в сферах искусственного интеллекта, кибербезопасности, полупроводников и военных технологий обозначают конкретные секторы, в которых французские компании и государственные структуры претендуют на системное присутствие в армянской экономике и оборонном комплексе. Это не декларативное партнерство — это заявка на долгосрочное технологическое и военно-промышленное закрепление.
Итог государственного визита Эмманюэля Макрона в Ереван для Парижа выглядит следующим образом: Франция получила символическое лидерство в европейском присутствии на Южном Кавказе, институциональное закрепление в армянском технологическом и оборонном секторе и риторическую платформу для продвижения концепции стратегической автономии Европы.
