16 февраля 2026 г. в Стамбуле на полях второго совещания министров транспорта государств–членов Организации исламского сотрудничества (ОИС) состоялась трёхсторонняя встреча министров транспорта Узбекистана, Ирана и Турции. Главным итогом переговоров стало заявление о приоритетном развитии международного мультимодального коридора «Узбекистан – Туркменистан – Иран – Турция» и необходимости его интеграции со строящейся железной дорогой «Китай – Киргизия – Узбекистан». Это утверждение подчёркивает стремление Узбекистана диверсифицировать транзитные маршруты, соединяющие Центральную Азию с Европой и Ближним Востоком.
Напомним, Организация исламского сотрудничества (ОИС) — это международная организация, объединяющая 57 мусульманских стран для укрепления сотрудничества в экономической, социальной и политической сферах. Штаб-квартира организации находится в Джидде (Саудовская Аравия).
Предыстория
Мультимодальный транспортный коридор «Узбекистан – Туркменистан – Иран – Турция» представляет собой транзитный маршрут, интегрирующий железнодорожные, автомобильные и морские сети, соединяющие Китай, Центральную Азию с Европой и Ближним Востоком. Инициатива по созданию транспортного коридора возникла в рамках Организации экономического сотрудничества (ОЭС)*. Протокол о его формировании был подписан 2 ноября 2023 г. в Ташкенте на 12–й встрече министров транспорта ОЭС, а первое совещание железнодорожных администраций стран–участниц прошло 26 декабря 2023 г. в Стамбуле. Активизация проекта произошла в 2026 г.: во время визита президента Узбекистана Шавката Мирзиёева в Турцию 29 января было подписано соглашение о сотрудничестве по развитию международных транспортных коридоров, а также было достигнуто соглашение о запуске регулярных контейнерных поездов по маршруту «Узбекистан – Туркменистан – Иран – Турция».
*Организация экономического сотрудничества (ОЭС) — это региональная межправительственная организация, объединяющая 10 стран Центральной и Южной Азии для развития торговли, транспорта и устойчивого экономического роста. Штаб-квартира организации находится в Тегеране (Иран).
Соединение главных логистических проектов
Активизация логистической цепочки, заложенной ещё в 2023 году, в 2026 году обусловлена экономическими и политическими интересами Ташкента и Анкары. Не случайно трёхсторонняя встреча министров транспорта состоялась в Стамбуле, и, по словам министра транспорта Узбекистана Ильхома Махкамова, необходимость её проведения обсуждалась ещё во время визита Ш. Мирзиёева в Турцию.
Турция стремится позиционировать себя как межрегиональный логистический хаб, извлекая выгоду из геополитического противостояния Запад—Россия. Анкара вместе с тем стремится расширить свое геополитическое влияние в Закавказье и Центральной Азии, в том числе через интеграцию в рамках Организации тюркских государств (ОТГ). Для этого она заинтересована в развитии «Срединного коридора», соединяющего Европу и Азию в обход российской территории. По данным Всемирного банка, грузопоток через Срединный коридор к 2030 году достигнет около 11 млн тонн. Начальник отдела Центра стратегических исследований МИД Турции Турхан Дилмач заявил, что при эффективном использовании Срединного коридора выгода от товарооборота между Европой и Китаем может составить $700 млрд. Турция рассчитывает использовать экономический потенциал этого маршрута.
Кроме того, Турция продвигает коридор «Узбекистан – Туркменистан – Иран – Турция», а также соединение портов Ирака с Турцией. По заявлению Т. Дилмача, за последние 15 лет Турция инвестировала более $100 млрд в свыше 100 инфраструктурных проектов для развития международной транспортной связности. Часть этих средств направлена на ключевые логистические проекты: железную дорогу Карс – Дилуджу (€2,4 млрд), Нусайбин – Джизре – Силопи – Хабур (€1,41 млрд), модернизацию линии Эрзинджан – Эрзурум – Карс, а также «Дорогу развития Ирака» от порта Гранд–Фао до иракско–турецкой границы.
В свою очередь для Узбекистана важна диверсификация внешнеэкономических связей с ключевой ролью страны на «Южном коридоре»**, а также активизация торговых потоков через Транскаспийский коридор при движении товаров из Китая именно через Узбекистан. Правительство Узбекистана определило амбициозные цели, прописанные в Концепции развития транспортно–логистической системы страны до 2030 года: удвоить экспорт транспортных и логистических услуг, довести ежегодные объёмы транзитных грузоперевозок до 22 млн тонн и увеличить долю контейнерных перевозок не менее чем в 1,5 раза. Всё это входит в комплекс мер, направленных на превращение Узбекистана в региональный логистический хаб Центральной Азии.
**Южный коридор — мультимодальный транспортный маршрут, связывающий Китай и Центральную Азию с Турцией и Европой через Иран.
В этой связи примечательно заявление о необходимости интеграции коридора со строящейся железной дорогой «Китай – Киргизия – Узбекистан» (ККУЖД). Проект, который в 2026 году по плану строительства будет готов на 15% и будет окончательно сдан в 2030 году, является ключевым для Узбекистана. Этот маршрут позволит снизить зависимость от транспортного коридора через Россию, а также начать конкурировать с Казахстаном за товарооборот из Китая (товарооборот по ж/д маршруту Китай – Казахстан в 2024 году составил 32 млн тонн грузов).
Кроме того, реализация проекта ККУЖД позволит Ташкенту выстроить свою сеть логистических маршрутов помимо Транскаспийского, таких как коридор «Узбекистан – Туркменистан – Иран – Турция», а также Трансафганская железная дорога, интерес к которой уже получает оформление на высшем уровне: соглашение о разработке технико–экономического обоснования последней подписали министры иностранных дел Узбекистана, Афганистана и Пакистана 17 июля 2025 года. Оба маршрута в потенциале позволят Узбекистану укрепиться в качестве регионального логистического хаба, а также дадут узбекскому бизнесу выход на перспективные рынки Афганистана и Ирака, к которым в последнее время приковано всё больше внимания со стороны узбекских предпринимателей.
Однако реализация этих проектов связана с серьёзными рисками. К ним относятся политическая нестабильность в Афганистане, сохраняющиеся противоречия между Пакистаном и Афганистаном, а также неопределённость источников финансирования. Особенно остро этот последний риск проявляется в контексте коридора «Узбекистан – Туркменистан – Иран – Турция». Здесь ситуация усугубляется внутренней экономической ситуацией в Иране, западными санкциями по отношению к стране и ограниченным притоком иностранных инвестиций, не говоря уже о вероятности военного столкновения с США и Израилем.
Логистические связи в рамках ОТГ
Отдельного внимания заслуживает роль коридора «Узбекистан – Туркменистан – Иран – Турция» для транспортной интеграции государств–членов Организации тюркских государств (ОТГ). Начиная с Самаркандского саммита организации (ноябрь 2022 года), организация последовательно занимается укреплением логистических связей через синхронизацию тарифов и процедур, а также цифровизацию. В рамках организации уже вступило в силу Соглашение об упрощённом таможенном коридоре (подписано на саммите в Самарканде 11 ноября 2022 года, вступило в силу 29 ноября 2024 года), а также продвигается проект e–Permit – электронная система разрешений для международных перевозок, которая упрощает выдачу и контроль транзитных документов в цифровом формате.
В связи с этим торговля по направлениям стран–участниц организации для Узбекистана только растёт. Совокупный оборот Узбекистана со странами ОТГ в 2025 году по предварительным данным составил около $10,5 млрд. Крупнейшими партнёрами Узбекистана во внешнеторговом обороте стали Казахстан ($5 млрд — 3-е место в внешнеторговом обороте Узбекистана после Китая и России) и Турция ($3 млрд, 4-е место). Значительна торговля с Киргизией ($1,2 млрд, 12-е место), в меньшей степени развита торговля с Азербайджаном, но стремление к её развитию, как и к развитию торговли с Турцией, прослеживается с точки зрения официальных соглашений на высшем уровне. С Азербайджаном 2 июля 2025 года была поставлена цель довести объём торговли до $1 млрд к 2030 году, а с Турцией во время недавнего визита Ш. Мирзиёева в страну обозначен ориентир – достичь $5 млрд товарооборота в ближайшие годы.
Кроме того, в том числе в логистические проекты Ташкент стремится привлечь турецкие инвестиции в рамках Тюркского инвестиционного фонда ОТГ, который был создан по решениям саммитов в Самарканде и Анкаре (его авторизованный капитал — $1 млрд). К финансированию проектов фонд планирует приступить в I квартале 2026 года. Турция сама наращивает инвестиционную активность в Центральной Азии, в том числе в Узбекистане. Согласно докладу Евразийского банка развития (ЕАБР), за истекшие пять лет совокупный объём турецких инвестиций в регионе увеличился в 3,4 раза и достиг $8,6 млрд, причём на долю Казахстана и Узбекистана (важнейших стран для реализации логистических амбиций Анкары) приходится около 75% всего инвестиционного портфеля. В 2025 году Турция стала третьей страной по объёму прямых иностранных инвестиций и кредитов в Узбекистан: турецкое государство вложило около $2,6 млрд, уступив только Китаю ($15,5 млрд) и России ($4,8 млрд). Для Турции подобные шаги обусловлены стремлением упрочить своё экономическое влияние в Центральной Азии.
Вывод
Активизация интереса к мультимодальному транспортному коридору «Узбекистан – Туркменистан – Иран – Турция» обусловлена стратегическими интересами Узбекистана и Турции. Оба государства стремятся занять ключевые позиции в качестве транспортных хабов на растущем маршруте поставок товаров из Китая в Европу.
Интеграция данного коридора с железной дорогой «Китай – Киргизия – Узбекистан» способна укрепить статус Узбекистана как значимого логистического центра, обеспечив диверсификацию транспортных потоков и выход на перспективные южные рынки для узбекского бизнеса.
Помимо прочего, транспортная интеграция по данному маршруту отражает стремление Турции и Узбекистана упрочить связанность в рамках Организации тюркских государств. В результате Узбекистан развивает свою логистическую инфраструктуру, в том числе получая от турецкой стороны дополнительные инвестиции, а Турция укрепляет своё экономическое присутствие в странах Центральной Азии.
Однако данный проект, как и в целом стратегия создания собственной логистической региональной сети с центром в Узбекистане, пока остаётся долгосрочным планом Ташкента. Вопрос полноценного регулярного функционирования и развития коридора «Узбекистан – Туркменистан – Иран – Турция» пока остаётся лишь на бумаге, сталкиваясь с рядом трудностей, среди которых прежде всего недостаток финансирования, а также риски потенциальных боевых действий против Ирана со стороны США. При этом само наличие подобных планов говорит о больших региональных логистических амбициях Узбекистана.
Эксперт ИКЦ «Аксон» Богдан Катаев
